УМК Русский язык и культура речи (1)


Русский язык и культура речи.

Название курса «Русский язык и культура речи» свидетельствует о широком понимании составителями курса задач, стоящих перед современным обществом. Формулировка и решение этих задач располагаются не только в плоскости овладения слушателями навыками русского языка, обеспечивающими беспрепятственную коммуникацию, но также и в плоскости, позволяющей носителям языка занять четко выраженную гражданскую позицию. Проблема русского языка и культуры речи, таким образом, видится, помимо филологического аспекта, также и в аспекте гражданском.

Общественное значение изучаемого предмета оказывается гораздо шире, чем это могло бы показаться на первый взгляд. «По отношению каждого человека к своему языку, ‒ справедливо писал К. Паустовский, можно совершенно точно судить не только о его культурном уровне, но и о его гражданской ценности. Истинная любовь к своей стране немыслима без любви к своему языку. Человек, равнодушный к своему языку, ‒ дикарь. Безразличие к языку объясняется лишь полнейшим безразличием к прошлому, настоящему и будущему своего народа» [Паустовский К. Поэзия прозы. – Знамя, 1953, №9, с.175].

Наличие языка является одним из признаков существования нации, а география его использования свидетельствует в немалой степени об участии нации в мировом правопорядке. Любые общественные потрясения неминуемо находят отражение в языке, как в его количественных, так и качественных показателях. Впрочем, статистические данные говорят сами за себя.

Русский язык в мире.

Из более шести с половиной тысяч языков и диалектов, известных на земном шаре, русский язык принадлежит к одниму, из наиболее распространенных. Русский язык – это национальный язык русского народа, который вместе с украинским и белорусским, входит в восточнославянскую группу языков.

В соответствии с Федеральным законом «О Государственном языке РФ» от 1 июня 2005 г. № 53-ФЗ русский язык является государственным языком Российской Федерации на всей ее территории. Это положение закреплено и в 68 статье Конституции РФ.

Велико международное значение русского языка: он является одним из шести рабочих и официальных языков Организации Объединенных Наций. По данным 2005 года, число владеющих в различной степени русским языком составило 278 миллионов человек, в том числе в самой Российской Федерации — до 140 миллионов человек. По оценкам 2006 г. русский язык является родным для 130 миллионов граждан Российской Федерации, для 26,4 миллионов жителей республик СНГ и Балтии и для почти 7,4 миллионов жителей стран дальнего зарубежья (прежде всего Германии и других стран Европы, США и Израиля), то есть в общей сложности для 163,8 миллионов человек. Еще свыше 114 миллионов человек владеют русским как вторым языком (преимущественно в странах СНГ и Балтии) или знают его как иностранный (в странах дальнего зарубежья) [Википедия].

Распад Советского Союза значительно повлиял на некогда прочное положение русского языка в мире, несмотря на то, что к русской литературе и искусству продолжает сохраняться большой интерес. В период мощных общественно-политических преобразований 90–х годов сфера использования русского языка на постсоветском пространстве, где он в советское время имел статус языка межнационального общения, претерпела за незначительный промежуток необратимые изменения, представленные в приводимой ниже таблице.

Название страны

Государственный язык

Официальный язык

Язык межнаци-онального общения

Иностранный язык

Азербайджан

+

Армения

+

Беларусь

+

Грузия

+

Казахстан

+

Кыргызстан

+

Латвия

+

Литва

+

Молдова

+

Россия

+

Таджикистан

+

Туркменистан

+

Узбекистан

+

Украина

+

Эстония

+

К 2005 г. русский язык остался государственным помимо России лишь в Белоруссии. Относительно сильны позиции русского языка в Казахстане и Кыргызстане, где он является языком официального общения. В остальных странах СНГ он имеет статус языка межнационального общения (Молдавия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина) или относится к разряду иностранных языков (Азербайджан, Грузия, страны Балтии).

Что касается высшего образования на русском языке, то оно доступно сейчас в Белоруссии, Казахстане, Украине, Молдавии. В Туркмении, например, невозможно получить высшее образование на русском языке, и даже запрещена реклама российских образовательных услуг, в то время, как всячески рекламируются возможности обучения в странах Евросоюза и США. Повсеместно наблюдается уменьшение тиражей издаваемой в этих странах русскоязычной прессы, а также сокращение вещания на теле- и радиоканалах. Разрушена система подготовки и переподготовки преподавателей русского языка, количество которых сократилось за последние 15 лет в 2 раза.

Из всех стран Ближнего Зарубежья влияние русского языка и численность его носителей сократилась в наиболее заметных масштабах на Украине, где русский язык представляет собой язык нацменьшинства. На Украине запрещена реклама на русском языке и его использование в электронных СМИ. Происходит процесс перехода обучения на украинский язык в русскоязычных школах.

В странах Балтии положение русского языка еще более драматично. Так, в Латвии, где 40% населения считает русский язык родным, он занимает статус иностранного. Здесь в законодательном порядке закреплено использование языка титульной нации во всех государственных структурах и СМИ. В Литве, где русским языком владеет 60% населения из них 6,3% этнические русские, значительное число литовцев), он относится к языкам нацменьшинств. В Эстонии в той или иной мере на русском языке говорит также около половины населения. Однако и здесь осуществляется политика устранения русского языка из всех сфер жизни государства.

Немалый интерес представляет собой ситуация с русским языком и в национальных регионах Российской Федерации. Республики в составе страны вправе устанавливать свои государственные языки. В ряде из них за русским языком закреплен статус второго государственного языка. На этом основании на изучение русского языка выделяется такое же количество учебных часов, как и на изучение языка титульной нации региона в рамках сетки часов, предусмотренных программой на изучение русского языка.

Несмотря на отсутствие прямого закрепления в Конституции права автономных округов и автономных областей устанавливать собственные государственные языки, указанные субъекты Российской Федерации определяют официальный статус этих языков собственными уставами и законами. И так же, как и в случае с национальными республиками, изучение этнического языка осуществляется в этих национально-территориальных образованиях за счет объема часов русского языка.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод: для сохранения чистоты русского языка, повышения его значимости необходимо не только всячески способствовать его распространению в мире, но упорядочить и унифицировать программу преподавания русского языка на всей территории Российской Федерации. Следует заметить, что в последние годы стала формироваться система мер по поддержке и распространению русского языка в мире. В немалой степени решению этой задачи призвано способствовать недавно созданное общественное объединение «Русский мир».

РУССКИЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЯЗЫК

Высшей формой проявления национального языка является общепринятый литературный язык, представляющий собой обработанную часть общенационального языка, обладающую письменно закрепленными нормами [Чешко Л.А.]. Отсюда следует, что правильное владение русским литературным языком связано с соблюдением нормативных правил его использования.

Языковая норма — это правила использования языковых средств в определенный период развития литературного языка, т.е. правила произношения, правописания, словоупотребления, грамматики. Норма — это образец единообразного, общепризнанного употребления элементов языка (слов, словосочетаний, предложений).

Языковое явление считается нормативным, если оно характеризуется такими признаками, как:

- соответствие структуре языка;

- массовая и регулярная воспроизводимость в процессе речевой деятельности большинства говорящих;

-общественное одобрение и признание.

Языковые нормы не плод фантазии филологов, они отражают определенный этап в развитии литературного языка всего народа. Нормы языка нельзя ввести или отменить указом, их невозможно реформировать административным путем. Деятельность ученых-языковедов, изучающих нормы языка, заключается в другом: они выявляют, описывают и кодифицируют языковые нормы, а также разъясняют и пропагандир уют их.

К основным источникам языковой нормы относятся:

‒произведения писателей-классиков;

‒ произведения современных писателей, продолжающих классические традиции;

‒ публикации средств массовой информации;

‒ общепринятое современное употребление;

‒ данные лингвистических исследований.

Языковая норма не является застывшим сводом правил, но изменяющимся комплексом установок корректного пользования языком. Так, Ю. Лотман отмечает: «Если в древнерусском языке (XII в.) «честь» и «слава» оказываются антонимами, а в современном – синонимами, если в древнерусском «синий» – иногда синоним «черного», иногда – «багрово-красного», «серый» означает наш «голубой» (в значении цвета глаз), «голубой» же – наш «серый» (в значении масти животного и птицы), если небо никогда не называется в текстах XII в. голубым или синим, а золотой цвет фона на иконе, видимо, для зрителя той поры вполне правдоподобно передает цвет небес, если старославянское: «Кому сини очи, не пребывающим ли в вине, не назирающим ли кьде пирове бывають» – следует переводить: «У кого же багровые (налитые кровью) глаза, как не у пьяницы, как не у того, кто высматривает, где бывают пиры», – то ясно, что мы имеем дело с совсем иными моделями этического или цветового пространства [Лотман Ю. Структура художественного текста –www.gumer.info, c.26]. Эта подвижность нормы нередко приводит к тому, что в данный период для одного и того же языкового явления существует несколько способов выражения: прежняя форма ещё не утрачена, но наряду с ней уже возникла новая. Сравните сочетания слов много народу много народа, чашка чаючашка чая, в которых формы на -у/-ю свойственны прежнему употреблению, а формы на -а/-ясовременному. Другой пример: произношение суффикса -ся в возвратных формах глагола: с твёрдым [с]— прежняя форма, с мягким [с’]— теперешняя. В обоих случаях старая и новая нормы сосуществуют, между ними возможен выбор.

КУЛЬТУРА РЕЧИ

Культура речи – владение нормами устного и письменного литературного языка (правилами произношения, ударения, грамматики и т.д.), а также умение использовать выразительные языковые средства в разных условиях речи в соответствии с целями и содержанием речи [Л.И. Скворцов, РЯ, Энциклопедия]. Культурная речь— это речь нормированная. В своей устной форме она должна отвечать существующим в настоящее время нормам произношения, в письменной форме— нормам орфографии и пунктуации.

Нормы бывают двоякого рода. Одни из них строго обязательны и не допускают никакого нарушения, как, например, нормы грамматические или орфографические. Такие нормы применяются, когда решается вопрос: как надо сказать или написать? Другие нормы представляют собой наиболее распространённые, предпочтительные языковые (речевые) варианты, закрепившиеся в практике использования. Именно с вариантами норм мы сталкиваемся в стилистике, когда решается вопрос: как лучше сказать?

Язык как знаковая система. Уровни языка.

Язык состоит из единиц, являющимися знаками для передачи внеязыковой информации. Языковой знак, с одной стороны, имеет способность быть воспринятым, а с другой – нести информацию.

Типовые звуки – фонемы не являются в собственном смысле знаками, поскольку они непосредственно не участвуют в формировании и передаче языковой информации. Однако фонемам свойственна функция различения; ср.: дом, лом, сом, том; дома, тома, что дает им основание участвовать в создании внешней (звуковой и графической) формы слова.

В отличие от фонемы морфема (корень, приставка, суффикс и окончание) признается языковым знаком, хотя и минимальным. В ней можно выделить только отдельные буквы (на письме) или звуки (при произношении), которые в изолированном виде никакого значения не имеют и не могут служить для передачи информации. К тому же морфемы не могут употребляться в речи отдельно, представляя собой строительный материал для словосочетаний и предложений. Вспомним известное правило правописания прилагательных с суффиксами – ин-, — ан-, — ян-, например, голубиный, песчаный, серебряный (исключения: деревянный, оловянный, стеклянный). Или правописание глаголов с приставками пре- и при-, например, предать (выдать к.-л.) и придать (добавить); претворить (осуществить) и притворить (закрыть).

Наиболее наглядно знаковый характер языка может быть представлен в слове. Слово является средством называния (номинации) окружающих нас реалий. Именно оно осуществляет связь звуковой оболочки или внешней формы, содержания (смысла) или внутренней формы с действительностью. Внутренняя форма слова носит строго национальный характер, нередко вмещая в себя представление народа – носителя языка об окружающей действительности. Например, трехцветные кошки (кошки белого цвета с оранжевыми и черными пятнами на шерсти) в Нидерландах называются «лоскутными кошками», Lapjeskat, а в Японии – «микэ-нэко» или «микэ», что означает трехшерстная кошка. Англичане прозвали таких кошек Calico cat, в честь хлопчатобумажной ткани, технология изготовления которой была изобретена в Калькутте. Разница в названии этих носительниц счастья (во многих странах считается, что они приносят счастье) отражает различное языковое мировидение.

Внутренняя форма не всегда сохраняет свою картинность и имеет свойство стираться. Например, «подснежник» в видении русскоязычного индивида – эцветок, растущий из под снега, получает номинацию в английском (snowborrow) и французском (perce-neige) как цветок, пробуривающий снег, в немецком языке – «снежный колокольчик» (Schneeglӧckchen), но в татарском «умырзая» и чувашском «шешпель» языках такого картинного представления лишен.

Слово обязательно принадлежит к какой-либо части речи: существительным, прилагательным, глаголам и т. д.

В целом иерархические отношения между языковыми единицами разных уровней могут быть представлены так: из фонем (звуков) складывается морфема, из морфем – слова, из слов – предложения.

С лингвистической точки зрения, слова выполняют коммуникативную функцию именно в предложении. Поэтому последнее является полноценным коммуникативным знаком. Предложение обеспечивает языку возможность передавать любую мысль, информацию. Говоря иными словами, предложение можно признать полным знаком, слово – частичным, морфему – полузнаком, необходимым для структурной организации языковых знаков.

Однако язык – это не перечень единиц разного уровня, а их система, предполагающая внутреннюю организацию. Каждая единица языка входит в систему как часть в целое и связана с другими единицами и частями системы или непосредственно, или опосредованно через различные категории (рода, одушевленности – неодушевленности, вида, переходности – непереходности и т. д.).

Языковые единицы имеют уровневую организацию. Основными уровнями языка являются фонологический, морфологический, лексико-семантический, синтаксический и текстовый. На фонологическом уровне исследуются звуки речи, слоги, интонация; на морфологическом – морфемы и формы слов; на лексико-семантическом – варианты слов, на синтаксическом словосочетания и предложения. Уровень текста рассматривает единицы, превышающие по размерам предложение – сверхфразовые единства.

Свойствами языковой системы являются динамичность и открытость.

Динамичность языковой системы предполагает ее постоянное развитие. Так, древнерусский язык имел грамматическое время перфект, служивший для передачи недавно произошедшего события. Например: Азъ Ѥсмь пришьлъ означало («Вот) я (шел и) пришел (нахожусь здесь). В современном состоянии языка функция перфекта перераспределена с другими временными формами.

Открытость предполагает восприимчивость языковой системы к пополнению новыми элементами, в том числе и иноязычными, способствующими обогащению языка. Например, современный русский язык невозможно представить себе без таких заимствованных из английского языка слов как «факс», «интернет», «скайп» и т.д.

Подводя итог, можно утверждать, что язык есть сложное системно-структурное знаковое образование, отличающееся открытостью и динамичностью.

Функции языка

Главнейшей функцией языка является коммуникативная, так как язык служит, прежде всего, средством человеческого общения. К базовым (или первичным) функциям языка относят также познавательную (когнитивную), имея в виду, что с его помощью происходит в значительной степени познание, изучение окружающего мира, и эмоциональную, проявляющуюся в способности выражать чувства и эмоции говорящих, их оценки.

Социальные формы русского языка

В плане выполнения языком социальной функции языки различаются количеством (объемом) населения, говорящего на данном языке. Наибольший объем присущ языкам национальностей и народностей. Национальный язык формируется вместе с образованием нации, являясь предпосылкой и условием ее возникновения и существования, с одной стороны, и результатом этого процесса – с другой.

Различают несколько основных социальных форм существования конкретных языков, в том числе и русского:

а) индивидуальный язык, присущий тому или иному человеку независимо от его общественного положения (принято говорить «язык Пушкина, язык Достоевского»);

б) говор, представляющий множество близких по структуре индивидуальных языков, которые обслуживают одну локально ограниченную, замкнутую группу людей, имеющих местные языковые различия;

в) диалект, образуемый множеством говоров, которые характеризуются внутриструктурным единством.

В национальных языках могут иметь место территориальные и социальные диалекты. Под территориальным диалектом понимают разновидность данного языка, которая употребляется лицами, проживающими на определенной территории, и обладает определенными чертами, противопоставленными особенностям других диалектов. Например, такими чертами могут быть фонетические; ср.: севернорусское оканье и южнорусское аканье, различение [ц] и [ч] и их неразличение. Различия в диалектах могут быть и грамматические. Так, в одних случаях употребляют форму родительного падежа единственного числа существительных женского рода – у жене, у сестре, в других – у жены, у сестры. Между диалектами имеются и лексические различия; например, одну и ту же домашнюю птицу на севере России называют петухом, а на юге – кочетом.

Под социальным диалектом (его чаще называют жаргоном) понимают разновидность данного языка, употребляемую лицами, принадлежащими к одной социальной или профессиональной группе. Социально диалекты различаются преимущественно лексическими единицами, называемым жаргонизмами.

Слово или выражение, свойственное той или иной профессиональной группе людей, называется профессионализмом. Профессионализмы обычно выступают как просторечные эквиваленты соответствующих по значению терминов: в речи шоферов «руль»– «баранка», «стеклоочиститель» — «дворник». Профессионализмы способны получать определенную стилистическую окраску за счет морфологических средств. Например, в профессиональном языке кулинаров мн. число слова «кекс» имеет не нормативное окончание -ы («кексы»), но – а («кекса»). В. Высоцкий отразил подобную профессионально-речевую особенность моряков в следующих строках : «Мы говорим не ветры, но ветра,// шторма, не штормы сводят нас с ума».

Определенный интерес представляют собой молодежный жаргон и жаргон деклассированных элементов. Например, в ходу у современной молодежи сейчас такие слова и выражения, как бабки или бабло (деньги), залететь (забеременеть), лох (простак), сесть на иглу (пристраститься к инъекции наркотика). Молодежные жаргонизмы за редким исключением недолговечны. Однако встречаются среди них и долгожители. К таковым, например, относится слово «чувак» — «парень» и его родовая пара женского рода «чувиха». Существует версия, что это слово, было реанимировано в среде «хиппи» в 60-х годах прошлого века, под влиянием английского chew (жевать), в результате пришедшей в страну западной моде на жевательную резинку. Слово вошло в обиход, начиная с 1960-х годов в период роста молодежной субкультуры «битников», последователи которой называли себя в шутку «чуваками» и «чувихами». В записях 1970-х годов Татьяны и Сергея Никитиных есть и такие частушки: 1) Мы разных Фихтенгольцев и Гейзенбергов не читаем. // Мы этих чуваков не уважаем. 2) Я сегодня — тихая, // Я сегодня – скромная, // Больше не чувиха я, // А жена законная.

Этапы развития русского литературного языка.

Появление русского литературного языка сопряжено со своей спецификой. В XIX в. в научных кругах господствовало представление, согласно которому современный русский литературный язык является по своему происхождению старославянским языком, пришедшим на древнюю Русь вместе с письменностью и христианством из Болгарии, и постепенно подвергшимся обрусению. В пользу этой гипотезы говорит тот факт, что основная масса, дошедших до нас письменных памятников XI-XIV вв. представляла собой богослужебные и иные религиозного содержания книги, написанные на старославянском языке (нередко его называют древнеславянским или церковнославянским) в древнерусской редакции.

Однако исследования последнего времени показали, что зарождение древнерусского литературного языка нельзя непременно связывать с принятием христианства и знакомством восточных славян со старославянской книжной культурой и образованностью. «Надо полагать»,‒ пишет Н.А. Кондрашов, ‒ что древнерусский язык получил

первоначальную обработку в разнообразных жанрах русского народного творчества и в государственно-правовой практике того времени. … На древнерусском языке написаны такие памятники, как основная часть летописи «Повесть временных лет», «Слово о полку Игореве», большая часть сочинений Владимира Мономаха и др. [Кондрашов, 1977, с.203]. Лингвистический анализ показывает, что церковнославянизмов в современном русском литературном языке оказалось около 10%, а греко-латинских и западно — европейских заимствований – около 13%. Какая-то незначительная доля приходится на заимствования из всех других (инославянских, тюркских, финно-угорских, кавказских и т.д.) языков. Галлицизмов не более 4%. Свыше трех четвертей словарного состава нашего современного литературного языка составляет исконно русская по происхождению лексика [Филин Ф.П., 1981, с.85 - 86].

По мнению Ф.П.Филина, фонетика и морфология были также исконно русскими. Инородные по происхождению элементы синтаксиса настолько растворились в структуре предложения и текста, что мы не отличаем их от своих нормированных синтаксических средств [Филин Ф.П., 1981, с.86].

Таким образом, взаимодействие двух типов литературного языка – древнерусского и старославянского – составляет отличительную черту развития литературного языка в Древней Руси. Старославянские элементы, войдя в состав древнерусского, а позднее русского литературного языка, значительно обогатили его литературные возможности.

До наступления эпохи перестройки выделялись два самых крупных и наиболее существенных этапа в истории современного русского литературного языка: 1) от Пушкина до Великого Октября и 2) после 1917 г. до начала перестройки. Сейчас уже смело можно говорить о наступлении третьего, постперестроечного этапа развития русского языка.

Русская нация, а вместе с ней и национальный язык начинает складываться с конца XVII в. Национальный язык того времени демонстрировал большую разобщенность литературно-книжного и разговорного типов языка. Попытки М.В. Ломоносова, Н.М. Карамзина синтезировать книжный литературный язык и живую народную речь в единый литературный язык, не достигли желаемого результата: простонародная речевая стихия была по-прежнему выключена из литературного языка. И только великому Пушкину, продолжавшему лучшие традиции своих предшественников, удалось преодолеть это несоответствие. Главный источник его творчества – общенародная русская речь, которую он, пропустив сквозь призму своего гения, поднял на высокую ступень национальной культуры, переплавил в ней церковнославянские и западноевропейские языковые элементы, приведя в гармоничное соответствие с книжным языком. Именно в пушкинскую эпоху стали складываться нормы русского литературного языка, которых придерживается и поныне каждый образованный человек. Поэтому А.С. Пушкин по праву считается основателем русского литературного языка. Дальнейшее развитие и совершенствование русский литературный язык получил в произведениях великих русских писателей М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, И.С. Тургенева, А.П. Чехова и др.

В советскую эпоху произошел перелом в истории развития русского литературного языка. Прежде всего, это связано с разрушением местных говоров, когда в результате коллективизации сельского хозяйства стала вымирать старая деревня с ее песенным фольклором. Наметилось интенсивное переселение деревенских жителей в города. Серьезные перемены произошли и в просторечии, когда под напором индустриализации стали интенсивно исчезать производственные жаргоны (условные языки ремесленников и торговцев). Новая советская лексика стала отражать изменившийся общественный уклад. Привычные когда-то слова, передававшие высокий воинский дух, расширили свою сочетаемость с лексикой мирного времени: «борьба за урожай, борьба с неграмотностью, борьба за выполнение производственного плана»… На основе уже имевшейся лексики появились новообразования, приспособленные к иным социальным реалиям: «ударник коммунистического труда», «передовик производства», «субботник» (ср. «субботник» в дореволюционной России – член религиозной секты субботников).

Современный период развития языка знаменателен продолжением слияния города с деревней за счет бурного переселения сельчан в поисках работы в крупные города и миграции некоторой части городского населения за пределы городской черты, что, несомненно, сказывается и на изменении литературного языка. Так, слух человека, знакомого с нормами литературного языка, режут выражения, звучащие в устах лиц, порой занимающих даже ответственные посты: «окучивать вопрос», «врезать по самые помидоры», «пахать» и т.д. Язык продолжает упрощаться. Все чаще в нем встречаются вульгаризмы и слова ненормативной лексики за счет появления целого класса деловых людей с криминальным прошлым, пополнивших язык соответствующими лексическими единицами: «беспредел», «зона», «жить по понятиям», «следить за базаром», «кидать понты», «туфта»… Эта лексика пробивается и в СМИ. Вот образчик выдержек из газетных статей:

‒ Прямо ментовский беспредел какой-то! [Комсомольская правда, 26.08.11, с.10]; «Сладкое слово «халява» [Pеспублика Tатарстан, 04.07.11]; Более полусотни бандюков. Не какие-то урки худосочные, собранные по шалманам, накачанные бойцы… [Комсомольская правда, 04.08.11]; Куда мы без «понтов?» [Российская газета 04.07.11, с.5]; Все лики советского иконостаса – туфта [Новая газета, 24.10.11, с.20]; Нам и без новых видов было тошно, а теперь вообще подкрадывается по сочинскому снежку отродясь не водившийся в этих краях песец: возможностей завоевать золотые медали у наших главных соперников лишь прибавилось. … Уловив чутким чиновничьим носом неприятный запах песца, спортивное руководство решило обратиться за поддержкой к магам и волшебникам … [Mосковский комсомолец, 21.01.2012, c.3].

Не остается в стороне и художественная литература, на страницах произведений которой (Э. Лимонов, В. Пелевин) встречается и нецензурная лексика.

Значения привычных слов изменяются и становятся порой главенствующими в сознании людей, особенно молодого поколения: «кидать» («обманывать»), «мочить» («убивать»), «закрывать» («арестовывать»), «вырубать» («доводить до бессознательного состояния»).

Ср.:

Анну Снаткину бывший ухажер кинул на 3 000000 рублей [Комсомольская правда, 25.08.11]; Мочить уличных гонщиков во всем [Комсомольская правда,02.07.2011, с.6];

Во многих случаях происходит неоправданное, а оттого ошибочное усечение словосочетания:

Ср.:

‒ Раз ты в погонах и при исполнении, веди себя по уставу, кто бы тебя ни провоцировал [Косомольская правда,02.07.2011, с.6].

Нередко встречается некорректное использование словосочетания со словом «уровень», в котором обязательно должно присутствовать определение: «низкий», «высокий», «хороший», «плохой» и т.д.

Семья оказалась на уровне, и ребенка отпустили в художники [Российская газета, 4.07.2011, с.5].

Слово уровень имеет два значения: 1) горизонтальная линия, являющаяся границей высоты чего-либо; 2) степень развития чего-либо. В обоих случаях уровень может повышаться или понижаться, но никак не увеличиваться или уменьшаться.

Защищать в значении «публично отстаивать выдвинутые положения» можно проект, дипломную работу, диссертацию, но не ученую степень.

Противоречат принятой норме выражения, нередко встречающиеся в устной речи: «поднять тост», «выпить тост», возникших по аналогии с выпить бокал, поднять бокал. Слово «тост» означает «краткую застольную речь», поэтому тост можно произнести, предложить, провозгласить, но не выпить.

Общим местом представляется и ошибочная замена слова «последний» на «крайний» в словосочетании «Кто последний?», но не «Кто крайний?». Быть последним в очереди, не имеющей края, несколько отлично от расположения на краю («стоять на краю обрыва»).

Слово и его лексическое значение. Точность словоупотребления.

Слово является важнейшей единицей языка, поскольку слова называют самые различные и многообразные явления окружающего нас мира. Недаром Библия начинается предложением: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть».

Эта способность слова называть предметы, их признаки, действия и т.д. получила название номинативной (от лат. nomen – имя) функции слова.

Выполнять номинативную функцию слово может потому, что имеет определенный смысл, значение, которое называется лексическим значением. Это значение может быть явным или скрытым. Вспомним использование В.М. Шукшиным устойчивого словосочетания «печки — лавочки». Печь – символ жизни, а лавка – место, куда перед выносом укладывают умершего. Выражение «печки-лавочки», таким образом, не просто присказка, но синоним жизни и смерти. Поэтому наука толкования ‒ герменевтика и один из ее значительных представителей М. Хайдеггер призывает к «вживанию» в смысл слова.

Слова могут быть многозначными. К примеру, заголовок газетной статьи «Борьба в сетях» может быть истолкован как описание перипетий рыбной ловли. Лишь дальнейшее содержание статьи раскрывает истинное значение слова «сеть»: ‒ Какие шаги вы предприняли после того, как ваша группа была заблокирована в социальной сети…? [РГ, 4.07.2011,с.4].

Содержание многозначного слова представлено иерархией значений: основное (прямое), т.е. только называющее предмет, действие или признак и переносное, связанное с основным значением. Например, значение «рыболовецкий инструмент» в слове «сеть» является основным, а как «элемент связи» ‒ переносным.

Значение слова может видоизменяться, одни из лексических напластований перемещаться с поверхности вглубь содержания. Подобный случай произошел в русском языке со словом «любезный». В стихотворении А.С. Пушкина «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» мы читаем:

И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я Свободу

И милость к падшим призывал.

Слово «любезен» явно выбивается из контекста! Однако историк языка с легкостью объяснит, что в пушкинскую эпоху слово «любезен» означало «полезен». Слово «падший» характеризует не аморальное поведение человека, закрепленное в современном русском языке, но состояние человека, «попавшего в немилость».

Лексические единицы способны выходить из употребления, формируя устаревший лексический фонд. Только специалисту ведомо, что слово «ярыжка» означало несколько веков тому назад «низший полицейский чин».

Ср.:

Ну, пристало ли земскому ярыжке говорить такие речи о князе Пожарском [Загоскин, т.1, М.: Худ. Лит., с.46].

В лексическом составе языка выделяются: омонимы, паронимы, синонимы

Омонимами называются слова, которые пишутся и произносятся одинаково, но имеют разные, не связанные друг с другом значения.

Ср.:

Ваши принципы просты:

Вы очень любите остроты,

Но вы боитесь остроты [Безыменский]

Паронимы – однокоренные слова, близкие по звучанию и написанию, но различающиеся по своему значению.

Кануть в Лету, но не в лето; Принять эффективные меры — стоять в эффектной позе; Нестерпимая боль – нетерпимое отношение; представить свидетельство в отдел кадров – предоставить слово для выступления.

О.В. Вишнякова [c.32] отмечает частое использование паронимов в произведениях русского народного творчества (пословицах, поговорках, загадках и др.): Умом туп, да кошелек туг; Игла не шило – сапог не шила; Знаем и сами, что кривы наши сани; Бог, то Бог, да сам будь неплох. Сила солому ломит [Загоскин, т.1, М.: с.46]; … брань на вороту не виснет [Загоскин, т.1, М.: с.46]

Синонимами называются слова, различные по звучанию и написанию, но одинаковые или очень близкие по значению, например: бегемот – гиппопотам, осьминог – спрут, беднеть — нищать.

Обычно каждый из синонимов указывает на особый оттенок значения, отличающий его от других синонимов, что блестяще использовали в своем романе «Двенадцать стульев» Ильф и Петров.

Ср.:

Умерла Клавдия Ивановна, — сообщил заказчик.

‒Ну, царствие небесное, — согласился Безенчук. – Преставилась, значит, старушка… Старушки, они всегда преставляются… Ваша, например, маленькая и в теле, — значит, преставилась. А, например, которая покрупнее да похудее – та, считается, богу душу отдает

‒ То есть, как это считается? У кого это считается?

‒ У нас и считается. У мастеров. Вот вы, например, мужчина видный, возвышенного роста, хотя и худой. Вы, считается, ежели, не дай бог, помрете, что в ящик сыграли. А который человек торговый, бывшей купеческой гильдии, тот, значит, приказал долго жить. А если кто чином поменьше, дворник, например, или кто из крестьян, про того говорят: перекинулся или ноги протянул. Но самые могучие, когда помирают, железнодорожные кондуктора или из начальства кто, то считается, что дуба дают. Так про них и говорят: «А наш – то, слышали, дуба дал».

Потрясенный этой странной классификацией человеческих смертей, Ипполит Матвеевич спросил:

‒ Ну, а когда ты помрешь, как про тебя мастера скажут?

Я – человек маленький. Скажут: «гикнулся Безенчук». А больше ничего не скажут.

И строго добавил:

‒ Мне дуба дать или сыграть в ящик невозможно: у меня комплекция мелкая… [И.Ильф, Е.Петров. Двенадцать стульев; Золотой теленок. –

М.: Мысль, 1982, с.19].

Синонимы помогают избежать однообразия изложения, устранить повторение одинаковых слов. Так, в одном из психолингвистических экспериментов по передаче содержания сказки К.И.Чуковского «Муха-Цокотуха» понятие «муха» было передано также словами цокотуха , именинница, позолоченное брюхо, красавица .

Антонимы – слова, противоположные по лексическому значению, например:.

Ты богат, я очень беден;

Ты прозаик, я поэт;

Ты румян, как маков цвет,

Я как смерть и тощ, и бледен [А.С. Пушкин].

Заимствованные слова и их употребление

Заимствования – распространенное языковое явление и против них могут возражать разве что закостенелые пуристы. Русский язык пережил не одну их волну, но от этого не утратил свои неповторимые особенности. Как известно, тысячи слов западноевропейского происхождения влились в его лексику, уже в Петровскую эпоху. Начиная с середины XVIII в., в русском языке особенно проявлялось французское влияние. Пополнение словарного состава русского языка было явлением неизбежным и оправданным, поскольку связано оно было с изменением условий жизни. Для заимствованных предметов быта не было резона изобретать новые обозначения, что нашло объяснение в следующих строках из романа

А.С. Пушкина «Евгений Онегин»:

Но панталоны, фрак, жилет,Всех этих слов на русском нет.

Со временем слово «панталоны» утратило свою значимость, а «фрак» и «жилет» сузили сферу своего употребления. Только пушкинисту под силу объяснить, что слово «васисдас», представляющее собой стяжение немецкого вопросительного предложения “Was ist das? –Что это такое, в XVIII в. означало «форточку».

Ср.:

И когда милая немочка отдернула занавеску окна, Герман не явился у своего васисдаса и не приветствовал ее обычной улыбкой [Пушкин А.С. Пиковая дама].

Особого внимания заслуживает со стороны лингвистов советский период развития русского языка ввиду благотворного влияния друг на друга языков народов СССР. Появилась целая плеяда блестящих русскоязычных писателей, обогативших русский язык внесением в него элементов своих национальных языков. Киргизское слово «манкурт», обозначающее человека, предавшего забвению свои национальные корни, прочно утвердило себя в лексиконе русского языка. Так же и грузинское слово «тамада» стало незаменимым в русском языке.

Ср.:

Тамада – это некая смесь дворового острослова и электронной ударной установки (по скорости, ритму и надоедливости, с которыми он докучает участникам застолья) КП,02.07.2011, с.2].

Татарские заимствования «сабантуй», «деньги»… прочно утвердили себя не только в русском, но в общероссийском быту.

В настоящее время русский язык подвергается новому испытанию – вторжению в его лексический состав беспрецедентного количества американизмов и англицизмов. В какой-то мере появление в русском языке английской терминологии вместе с обозначениями событий политической жизни, достижениями науки и техники англоязычных стран представляется закономерной тенденцией. К примеру, такая языковая новация как «праймериз» призвана ориентировать российского избирателя на международный опыт, хотя русский язык и располагает своим эквивалентом.

Ср.:

Партия «единая Россия» собирается в сентябре внести на рассмотрение в Госдуму законопроект об обязательном проведении всеми партиями процедуры праймеризпредварительного внутрипартийного голосования, на которых партиями будут приниматься решения о выдвижении тех или иных кандидатов на выборах [КП 26.08.11, с.6]

Очевидно, что, часть технических терминов, известная не только узкому кругу специалистов, уже прочно вошла в специальную литературу и переименование их способно вызвать лишь путаницу в умах лиц, причастных к данным достижениям. Поэтому не вызывают возражений заимствованные слова в нижеследующих предложениях.

Центр города станет зоной свободного доступа к Wi-Fi [Российская газета,04.07.2011, с.9]; Из хакеров в стартаперы [РБК daily, 04.07.11, с.14].

Использование новых заимствованных терминов в публицистике должно сопровождаться хотя бы пояснениями, ибо и в толковом словаре значение их невозможно найти. В подобных комментариях нуждается слово «дженерик» в следующих предложениях:

Однако мнение о том, что все оригинальные препараты и дженерики априори равны и, автоматически взаимозаменяемы, представляется спорным[РГ, 04.07.11, с. А3]; 2) Производители дженериков, как правило, противопоставляются инновационным фирмам [Там же]

Не знакомому с фармацевтической областью читателю статью с заимствованным словом «дженерик» необходимо сопроводить информацией о том, что дженерик — это непатентованный лекарственный препарат, являющийся не всегда полным воспроизведением оригинального препарата, на действующее вещество которого истёк срок патентной защиты.

Данное условие о доступности информации выполнено в следующих примерах:

Идейный вдохновитель проекта Григорий Асмолов назвал принцип работы карты помощи термином «краудсорсинг» — использование «ресурса толпы», сетевого общества для решения каких-либо задач [Mосковский комсомолец, 23.01.2012, c.3]; Он ночной гонщик. Стритрейсер (от street racing – уличные гонки) … Стритрейсеры кошмарят Приморье уже года четыре [Комсомольская правда,02.07.2011, с.6]

Кстати, «кошмарить», дериват от более давнего заимствования из французского саuсhеmаr – «кошмар» в объяснениях не нуждается, утвердившись в русском языке.

Но и тут, как и в каждом деле, необходимо чувство меры. Наметившееся у некоторых лиц бездумное подражание носителям английского языка заставляет русистов бить обоснованную тревогу. Там, где можно было бы употребить исконно русское слово почему-то выбор делается в пользу иностранного. Особенно в эмигрантской среде русский язык подвергается иноязычному давлению, о чем не без сарказма говорится в следующих строках:

Здесь лишь одно немного грустно:Язык не тот. Не как в Москве. Не говорят они по-русски,Хоть кол теши на голове!Но к трудностям такого сорта,Любой из нас уже привык.Мы спикаем по-русски гордо,Мы кипаем родной язык.Мы соль не спилаем на раны,Подругу киссаем взасос,На службе ранаем программы,Когда реквестает наш босс.Мы дринкаем сухие вина,Энджоем собственный уют,Мы лихо драйваем машины,Берем хайвей (когда дают).Когда окюрится возможность,Возьмём э фью денечков офф,Махнём в апстейт по бездорожью,В лесу напикаем грибов,Накукаем такой закуски,Какой не видел целый свет!А то — возьмём большой вакейшен,Допустим, парочку недель,В Париже, в дистрикте старейшемСебе забукаем отель.Ах, хорошо в Юнайтед Штатах!Эх, травеляй, куда хочу!Аппрочает весенний вечер,Даркеет — прямо на ходу.Стихают речи, гаснут свечи,И Пушкин тернает в гробу…

Неологизмы. Непрерывное возникновение новообразований – свойство любого языка. Новообразования, особенно в контексте конкретного произведения, которые остаются доступными и понятными для образованных читателей, вполне оправданны. Тургеневское «нигилист» стало неотъемлемым элементом словарного состава нашего литературного языка. Авторство большинства слов за редким исключением неизвестно. Возникшее в XVIII в. вначале как окказионализм слово «промышленность» (образование Карамзина) настолько вошло в обиход, что только узкий круг специалистов, по свидетельству Ф.П. Филина [1981, c. 10] , знает, как оно появилось. Появлению в современном русском языке слова «робот» мы обязаны чешскому писателю К.Чапеку, из произведения которого через чешский язык, данное слово перекочевало и в русский язык. А отрывок из книги

Д. Береговой «Дорога исканий» мы узнаем, что слово «стушеваться» впервые ввел в литературу Ф.М. Достоевский.

«Общий восторг вызвало употребленное им словечко “стушевался. Правда, словечко это Федор не выдумал, оно было известно каждому воспитаннику Главного инженерного училища и первоначально обозначало один из чертежных приемов, именно постепенный переход с темного на более светлое, на белое и на нет, а впоследствии стало употребляться и в другом, переносном смысле. Например, сидят двое товарищей, одному надо заниматься. «Ну, теперь ты стушуйся», — говорит он другому. Или верхнеклассник иронически обращается к «рябцу»: «Я вас давеча звал, куда вы изволили стушеваться?». При этом подразумевалось, что «рябец» удалился, исчез не вдруг, не провалившись сквозь землю с громом и треском, а, так сказать, деликатно, плавно, незаметно.

После училища Федор никогда не слышал этого слова. Пусть он и не придумал его, зато именно он впервые ввел в литературу! В том, что слово примется, Федор не сомневался – недаром оно было встречено с таким восторгом.

И действительно, уже через несколько месяцев его можно было услышать в разговорной речи и встретить в газетах, а через год-другой – в новейших ромнах» [Цит. Абрамов В.П. Созвездия слов, с. 23 - 24].

Иногда неологизмы носят окказиональный характер, встречаясь лишь в рамках конкретного произведения, но они приемлемы ввиду своей доступности пониманию и являются индивидуальным словотворчеством писателя, как слово «врагиня» в стихотворении Л.Мартынова «Я знаю, какова любовь».

Ср.:

Ее ты имя не порочь!

Она, вся белая от гнева,

Железную ломает Деву,

Отбрасывает кукол прочь

И гонит властною рукою



Страницы: Первая | 1 | 2 | 3 | ... | Вперед → | Последняя | Весь текст


Предыдущий:

Следующий: