Реферат Димитриевой


Новосибирский государственный университет

РефератНа тему:«ПОНЯТИЕ ОБ ОРФОЭПИЧЕСКОЙ НОРМЕ»

Подготовила: Димитриева Е.В.,

студентка 1 курса группы 13809

Проверила: Рычкова Н.Г.

Новосибирск

2014 год

Содержание

§1 Введение…………………………………………………………………. 3

§2 Языковая норма и её основные признаки……………………………… 5

§3 Орфоэпическая норма…………………………………………………… 7

3.1. История русской орфоэпии………………………………………. 8

3.2. Московское и ленинградское произношение………………..…. 10

3.3.Произношение гласных звуков………………………………..…. 12

3.4. Произношение согласных звуков………………………………… 13

3.5. Произношение заимствованных слов……………………………. 16

3.6. Особенности ударения……………………………………………. 17

§4 Заключение……………………………………………………………….. 20

§5 Список литературы……………………………………………………… 21

Введение.

Литературное произношение — одно из важнейших показателей культурного уровня человека. Роль правильного произношения возросла в наше время, в виду популяризации устной публичной речи не только на конференциях, но и на телевидении, радио, она стала средством общения между тысячами и миллионами людей. Речь, звучащая является образцом для подрастающего поколения, ведь музыка и песни неотъемлемая часть их жизни. Нельзя допустить, чтобы для них образцовой стала неправильная речь, насыщенная ошибками.

Целью данного реферата является исследование проблемы норм русского языка, и в частности, орфоэпических и орфографических. Для изучения этого вопроса в первую очередь необходимо определить понятие языковой нормы, выявить ее основные признаки, указать источники норм современного русского языка.  Во — вторых, необходимо определить, что является предметом изучения орфоэпии и орфографии, каковы исторические корни данного вопроса.

Человек от животного отличает тем, что он обладает второй сигнальной системы, раздражителем которой является слово. Слово – это единица речи, звуковое выражение понятия о предмете или явлении. А речь, в свою очередь является последовательностью знаков языка, построенная по его законам. Общество не может жить, не пользуясь языком, который выполняет следующие функции:

а) служит средством кодирования информации, средством существования, передачи и усвоения общественно-функционального опыта людей;

б) является средством общения, благодаря чему человек получает возможность воздействовать на другого человека;

в) язык – это орудие интеллектуальной деятельности человека, эта функция связана с планированием собственных действий посредством внутренней речи.

Язык может существовать и развиваться независимо от отдельного человека, но чаще оказывается, что он умирает, если исчезает народ, носитель этого языка.

Никто в точности не знает, сколько языков существует на земном шаре. Чаще всего называют цифру 3 тысячи, хотя она весьма приблизительна. Каждый из живых языков имеет одинаковые возможности для своего развития и совершенствования, и степень развития того или иного языка зависит от исторических условий в жизни носителей этого языка.

Первоначально языки развиваются в их устно-разговорной форме, возникновение письменности и литературы вызывает появление второй формы языкового существования и развития – книжно-литературной; взаимодействие этих форм характеризует развитие языков нового времени. Развитие народности, а затем нации усиливает внутренне экономическое и государственное единство, появляется потребность в едином для всего общества языке. Язык постепенно вырабатывает все более многочисленные и общие для всех его носителей правила, складывается литературный язык, чему помогает возникшая письменность.

Науке пока не удается достаточно строго сформулировать главные закономерности, управляющие внутренним развитием участков и элементов языковой структуры, но и сейчас можно наблюдать некоторые закономерности.

Так, во всех языках действует закон абстрагирования элементов языковой структуры. На основе одних, более конкретных элементов структуры развиваются другие, все менее и менее конкретные. Эта закономерность дала современное сложное членение языковой структуры на лексику, словообразование и грамматику.

Одновременно во всех языках действует и другой закон – дифференциации и отчленения элементов языковой структуры. Первоначально ни прилагательного, ни глагола, а было диффузное слово, обозначавшее качество предмета, процесс.

Русский язык объединяет нацию и одновременно является неотъемлемой и важнейшей частью нашей национальной культуры, отражающей историю народа и его духовные искания. Современные русисты, и в частности, специалисты по культуре речи, справедливо говорят о том, что русский язык, отражая наши национальные достоинства, не менее ярко показывает и все наши беды. Проблема правильности русской речи, соблюдения норм литературного языка широко обсуждаются в газетах и журналах, в радиопередачах. Осуждению подвергаются отклонения от норм в публичной речи политиков, дикторов радио и телевидения, снижение общего уровня грамотности населения, и особенно молодежи. Вместе с тем, нет ни одной области человеческих знаний, человеческой деятельности, для которых плохая, запутанная, безграмотная профессиональная или бытовая речь исполнителя была бы благом. Выпускник любого вуза — технического или гуманитарного, должен быть грамотным, владеть культурой речи.

Культура речи – это, во-первых, владение нормами литературного языка в его устной и письменной форме. Позволяет в любой ситуации общения использовать языковые средства с максимальным эффектом при соблюдении этики общения. Во-вторых, это область языкознания, которая призвана решать проблемы норм речи, разрабатывать рекомендации по умелому пользованию языком. Нормативность речи – это соблюдение в речи действующих норм ударения, произношения, словоупотребления, стилистики, морфологии, словообразования, синтаксиса [Краткий справочник по современному русскому языку. М., 1991, с. 57].

Языковая норма и её основные признаки

Большое значение для культуры речи имеет понятие нормы. Языковая норма — это правило, образец употребления слова, словосочетания, предложения.

Характерные особенности литературной нормы:

относительная устойчивость,

распространимость,

общеупотребительность,

общеобязательность,

соответствие употреблению, традиции и возможностям языковой системы.

Языковые нормы не выдумываются учеными. Нормы отражают закономерные процессы, происходящие в языке, и поддерживаются языковой практикой. В каждом обществе предпринимаются попытки определить, зафиксировать языковые нормы в виде совокупности правил выбора и употребления всех средств языка. Источники нормы: произведения писателей-классиков и современных писателей, анализ языка средств массовой информации, общепринятое современное употребление, данные живого и анкетного опросов, научные исследования ученых-языковедов.

Нормы помогают литературному языку сохранять свою целостность и общепонятность, поэтому языковая норма определяет, как правильно (или допустимо) строить речь на данном языке и что является неправильным и недопустимым (например, надо говорить печёт и документ и нельзя — док`умент и пекёт). Нормы защищают литературный язык от диалектов, социальных и профессиональных жаргонов, просторечия. Это позволяет литературному языку выполнять свою основную функцию — культурную.

Языковые нормы могут подвергаться с течением времени изменениям. Эти изменения в развитых литературных языках происходят достаточно медленно, и норма остается стабильной на протяжении десятилетий.Языковые нормы фиксируются в филологических словарях: орфографические словари содержат сведения о правильном написании слов, например, «Орфографический словарь русского языка» Д.Н. Ушакова и С.Е. Крючкова, орфоэпические словари содержат сведения о правильном произношении слов.

Современный литературный язык, не без влияния средств массовой информации, заметно меняет свой статус: норма становится менее жёсткой, допускается вариантность она ориентируется не на незыблемость и всеобщность, а скорее на коммуникативную целесообразность. Поэтому норма сегодня – это часто не столько запрет на что-то, сколько возможность выбора [Валгина Н.С., Розенталь Д.Э., Фомина М.И. Современный русский язык: Учебник для вузов. М.: Логос, 2001, - с. 7].

Понятие нормы не существует без ее нарушения. Но специфика культурно-речевой нормы состоит в том, что она не предусматривает никаких санкций в противовес, скажем, правовым нормам или нормам общественного поведения. Между тем, только фактическое знание культурно-речевых норм, их утверждение и распространение в обществе способствует адекватному развитию языка.

Орфоэпические нормы

Нормы произношения изучает орфоэпия. Орфоэпия (ὀρθός — «правильный» и греч. ἔπος — «речь») – это совокупность правил, устанавливающих нормализованное произношение [Современный русский язык: Учебник: Фонетика. Лексикология. Словообразование. Морфология. Синтаксис. - /Под ред. Л.А.Новикова. – СПб.: Изд-во «Лань», 2001. – с. 148]. Правила (нормы) произношения в русском литературном языке могут относиться к произнесению отдельных звуков в определенных фонетических позициях, в составе определенных сочетаний звуков, в разных грамматических формах, к фонетическому слову и ритмической структуре (правильная постановка ударения).

Произносительные нормы по тем или иным причинам могут начать «расшатываться»: возникают колебания произносительных норм, которые в случае приобретения ими массового характера приводят к возникновению вариантов литературной нормы, а затем — к возникновению и укреплению новой произносительной нормы. Орфоэпия наряду с обязательными произносительными нормами в первую очередь изучает варианты произносительных норм, которые сосуществуют в языке в какой-то момент времени, когда старый (обусловленный историей) вариант произношения еще активно используется наряду с новым вариантом. Так, сочетание чн произносится как [чн] в словах цветочный, красочный, как [шн] в словах яичница, скучно, а вариативное произношение допускается (оба варианта — [чн] и [шн] — правильны) в словах булочная, прачечная, пряничный. При этом вариант с произнесением этого сочетания как [шн] в настоящее время воспринимается как устаревший. Вот здесь нужен курсив, это же речевые единицы.

История русской орфоэпии

Произносительные нормы русского языка сложились исторически. Это был длительный процесс. Впервые произносительные нормы русского языка зафиксировал М.В. Ломоносов. Неоценимый вклад в теорию русской орфоэпии внес Р.И. Аванесов: ему принадлежит наиболее авторитетное руководство по современной русской орфоэпии — книга «Русское литературное произношение».

В итоге многовекового развития мы получили в наследство от наших предков современный русский литературный язык. Но к концу XX века сложилась плачевная ситуация. Реорганизация политической системы в России не могла не сказаться на языке. Перестройка оказала на него колоссальное воздействие. Демократизация общества привела к демократизации процессов, наблюдаемых в русском литературном языке.

Средства массовой информации стали позволять себе маркировать нормами литературного русского языка в угоду публике, реклама дала возможность появления множества неологизмов. Открытие «железного занавеса» привело к взаимодействию культур России и США, давшему нашей культуре обилие англицизмов, особенно американского происхождения. Огромное количество слов проникает из жаргона и «арго», таких как клевый, прикольно и многие другие. На телевидение приглашаются люди часто неподготовленные. А как говорят в Думе. Ранее на трибуну не выпускали без готового неотредактированного текста, но появление гласности привело к тому, что каждый может говорить что хочет и как хочет. Перестройка привела к ослаблению падежных функций, расшатыванию синтаксических правил, употреблению притязательного местоимения «свой» вместо личного.

Современное русское литературное произношение сформировалось на основе устной речи Москвы (московского просторечия), в которой нашли отражение особенности северных и южных русских говоров (диалектов). Этот процесс начался еще в XVIII в., когда Москва стала центром русского государства. Считается, что к XIX в. старомосковское произношение сложилось во всех основных своих чертах, которые определили многие нормы современного русского литературного произношения.За последние 70 лет многие из старых произносительных норм по разным причинам подверглись существенным изменениям. Обычно старый вариант произнесения поддерживается в театральной речи, в речи дикторов радио, телевидения. Его можно обнаружить и в стихах. Так, ушедшая в прошлое старомосковская норма твердого произнесения постфикса сь возвратных глаголов, зафиксирована в стихах А.С. Пушкина («И лавр, и темный кипарис/ На воле пышно разрослись»), а старая норма ударения стала основой стихотворного ритма М.Ю. Лермонтова («В плену сестры ее увяли,/ В бою неравном братья пали»). Пословицы и другие устойчивые сочетания также часто сохраняют устаревшие нормы: Всем сестрам по серьгам.

В XX в., и особенно ближе к его концу, на первый план среди социальных причин орфоэпических изменений выдвигается влияние зрительного восприятия графического облика слова (печатного или письменного слова).

Кроме этого, орфоэпия разводит произношение нормативное и противоречащее норме, нелитературное. Неорфоэпическое произношение «царапает» слух, вызывает осуждение в любой культурной среде и часто служит средством создания комического эффекта: [къл'ин`арнъj т'`ехн'ькъм] вместо [кул’ин`арнъj т’`ехн’икум] (кулинарный техникум). Несоблюдение единых правил произношения может привести как к полной невозможности речевой коммуникации, так и к существенному ее затруднению. Отклонения от орфоэпических норм становятся помехой в общении с аудиторией: отвлекают внимание от содержательной стороны выступления. Традиционно считается, что незнание орфоэпических правил свидетельствует о недостаточно высоком культурном уровне человека [Голуб И.Б., Розенталь Д.Э. Секреты хорошей речи. – М.: Междунар. Отношения, 1993. – с. 177]. Кроме того, единство произносительных норм поддерживается и правилами правописания – орфографическими правилами, которые тем самым обеспечивают адекватное восприятие письменного текста.

Московское и ленинградское произношение

Русский народ сложился в северо-восточной Владимиро-Суздальской Руси. Москва, бывшая сердцем России, постепенно объединяла русские земли и стала во главе централизованного Российского государства. В Москве складываются нормы разговорного языка, а также языка письменного приказного, который лег в основу литературного языка. Установившиеся в Москве нормы передавались в другие культурные центры в качестве единого образца, постепенно усваиваясь там на почве своих местных особенностей. Таким образом, первоначально московские нормы перерастали в нормы общенациональные.

Разговорный язык Москвы характеризовался:

а) аканьем, т.е. совпадением о и а после твердых согласных в [а]: к[а]торыя, т[а]рговля, прив[а]дили;

б) еканьем, т.е. совпадением в одном звуке [е] гласных на месте е и ь, а также на месте я и а после мягких согласных: десеть, тысеча, чесов, не исключено также произношение [а] в этом положении на месте а, я: [ч'а]сы;

в) различением именительного и местного падежей единственного числа в случаях типа поле, море, о чем свидетельствует написания поля и в поли: [пол'ъ] и [ф-пол'и];

г) взрывным г, о чем можно судить по написаниям с [к] на месте г: денек, дарок вместо денег, дорог;

д) произношением окончаний прилагательных -кий, -гий, -хий как [-къi], [гъi], [хъi];

е) произношением твердого звука [с] в частице -сь, ся.

Можно не сомневаться, что говор старой Москвы характеризовался наличием [о] после мягких согласных вместо [е].

В начале XVIII в столица была переведена из Москвы в Петербург. В новой столице в политическом и культурном отношении в первое время преобладали москвичи, но в дальнейшем под влиянием северновеликорусских говоров, бюрократизации и наличии в городе большого количества иностранцев произношение в Петербурге подвергается некоторым изменениям. К числу буквенных произношений относятся такие, как ти[х'иi], тон[к'иi], старал[с'а], мою[с'], [ч'то], коне[ч'н]о, до[шт'], до[жд'а] (при старомосковском до[ш'], [д ш';а]) и др. К числу северных по происхождению черт, распространенных в Петербурге, относится одноступенная редукция гласной [о] после твердых согласных ([мълъко], [гъръда]), еканье ([н'есу], [п'етак], [т'ену]), твердые губные вместо мягких на конце слова ([с'ем], [голуп], [кроф]), произношение мя[к:]ий, ле[к:]ий, [шч'и]тать, [шч'от], су[шн]ость, худо[ж'н']ик, пре[ж'д']е.

Петербургское произношение не стало орфоэпической нормой, но некоторые его особенности повлияли на направление развития современного русского литературного произношения. Московское произношение эволюционировало, впитав в себя некоторые черты ленинградского происхождения, так, например, под воздействием многих говоров, петербургского произношения и написания форма 3-го лица мн. ч. глаголов II спряжения стала произноситься с [-ът]: го[н'ът], но[с'ът] вместо старомосковского го[н'ут], но[с'ут]. Долгое мягкое [ж':] уступает твердому под влиянием петербургского произношения и заложенных в самой фонетической системе причин. Сейчас доминируют во[ж:и], ви[ж:т], стали реже старомосковские во[ж':и], ви[ж':ат]. Но русское литературное произношение было и осталось в своей основе и основных чертах московским, переросшим после ряда изменений в общенациональное.

Произношение гласных звуков

Сильная позиция для гласных − позиция под ударением. В безударном положении гласные подвергаются изменению (качественному или количественному), т.е. редуцируются.

Следует обратить внимание на трудные случаи редукции. После шипящих [ж] и [ш] и звука [ц] безударный гласный [а] произноситься как короткий [а]: жаргон, цари. Но перед мягкими согласными — как звук [ыэ]: жалеть, тридцати. В редких случаях [ыэ] произноситься и перед твердыми согласными: ржаной, жасмин.

После мягких согласных в первом предударном слоге на месте букв а, е, я произноситься звук [иэ]: часы. Это так называется «иканье». Оно встречается в нейтральном и разговорном стилях. «Эканье» (произнесение в данной фонетической позиции звука [эи] характеризует сценическую речь: в[эи]нец, т[эи]рновый. Произношение ч[и]сы — устаревшее, ч[а]сы — диалектное.

Согласные ц, ж, ш — твердые звуки, после них на месте буквы и произноситься [ы]: революц[ы]я, ж[ы]знь, ш[ы]рь.

В немногих словах иноязычного происхождения, не окончательно усвоенных русским языком, на месте буквы о, в отличие от русской орфоэпической норма, в безударном положении произноситься ослабленное [о], т.е. без редукции: ради[о]. Слишком отчетливое [о] воспринимается как манерное, с другой стороны, отчетливое произнесение [о] в «обрусевших» книжных словах (соната, новелла) тоже не желательно, т.к. придает произношению просторечный оттенок.

Букву ё предложил использовать русский историк Н. М. Карамзин, упростив сложный рисунок, существующий ранее в алфавите буквы. Однако букву ё сейчас мы можем встретить лишь в букварях и учебниках для изучающих русский язык иностранцев. Отсутствие этой буквы в книгах и периодике приводит к неправильному произношению слов. Следует обратить внимание на слова, в которых гласный [о], обозначенный буквой ё, иногда ошибочно заменяют ударным [э], белёсый, манёвры произносят как белесый, маневры. Иногда, наоборот, ударный [э] ошибочно подменяют на [о] ё: гренадер, афера произносят как гренадёр, афёра. Такое произношение не является нормативным [Голуб И.Б., Розенталь Д.Э. Секреты хорошей речи. – М.: Междунар. Отношения, 1993. – с. 178].



Произношение согласных звуков

Звонкие согласные в абсолютном конце слова и перед глухими согласными оглушаются: арбу[с], пре[т]приятие.

В существительных мужского рода на -изм согласный [з] произносится твердо во всех падежах, в том числе и при смягчении конечного согласного в Д.п. и П.п.: при капитализме.

Согласный [г] может произноситься как [г] — год, [к] — враг, [γ] — Господи, [х] — Бог, [в] — кого.

Звук [γ] в пределах современной литературной нормы произноситься в ограниченном числе слов, но произношение [г]осподи, а[г]а, о[г]о можно считать вариантом нормы.

В русском языке действует тенденция к приспособляемости звукового облика заимствованных слов с е после твердого согласного, многие такие слова «обрусели» и произносятся теперь с мягким согласным перед е: музей, крем, академия, шинель, фанера, Одесса.

Но целый ряд слов сохраняет твердый согласный: антенна, бизнес, генетика, детектив, тест. Допускается вариантное произношение: декан, претензия, терапия, террор, трек. Твердое или мягкое произношение согласного определяется в словарном порядке.

Произношение орфографического сочетания чн.

С давних пор существовало разное произношение чн: [шн] в словах бытовых, повседневных и [ч'н] в словах книжных, «высоких». Существовало также колебание в произношении многих слов с сочетанием чн. Со временем победило произношение, соответствующее написанию. Произношение [шн] на месте чн сохранилось в сравнительно небольшом количестве случаев, иногда как обязательное, чаще как допустимое.

Согласно нормам старого московского произношения в словах живого языка, в словах, многие из которых проникли в литературный язык из просторечия, на месте сочетания чн произносилось [шн]: коне[шн]о, наро[шн]о, пустя[шн]ый и т. д.

То, что некогда [шн] произносилось значительно шире, чем теперь, видно из укрепления [шн] не только в произношении, но и на письме в таких случаях, когда смысловые связи с непроизводным словом, имевшем в своем составе [ч], ослабли или утратились, например, дото[шн]ый, до-то[ш]ен (и в произношении, и на письме) вместо этимологического до-точный, доточен, фамилии Калашников, Кирпишников, Шапошников, Рукавишников, с сочетанием [шн] в произношении и на письме вместо этимологического чн, также Столешников переулок в Москве с [шн] вместо чн. Связь между произношением сочетания [шн] и живым разговорным, народным языком и до сих пор сказывается в том, что [шн] вместо чн произносится и даже иногда пишется в сравнительно новых для литературного языка словах некнижного происхождения, идущих из живого разговорного языка: двурушный, потошник, городошник.

Однако, в тех случаях, когда сохранение ч в сочетании чн поддержи-вается родственными образованиями со звуком [ч], написанию чн и по старым московским нормам соответствовало в произношении [ч’н]: да[ч'н]ый при дача, све[ч'н]ой при свеча, ре[ч’н]ой при речка и т. д.

Всегда как [ч'н] сочетание чн произносилось в словах книжного про-исхождения: беспе[ч'н]ый, поро[ч'н]ый, ал[ч'н]ый, цини[ч'н]ый, мра[ч'н]ый, ве[ч'н]ый и т. д.

Употребление [шн] на месте чн в старом московском произношении укрепилось как черта, соответственная значительной части русских диалектов, в особенности южнорусских. В дальнейшем под влиянием ряда факторов – правописания, значительного количества слов книжного язык, в которых на месте чн всегда произносилось [ч’н], а также под влиянием других диалектов, где также произносилось [ч’н] – произношение [шн] в литературном языке постепенно стало вытесняться произношением [ч’н].

В современном литературном произношении [шн] обязательно лишь в немногих словах, в ряде других слов оно допустимо наряду с [ч’н]. В остальных же случаях произносится [ч’н]. В настоящее время произношение [шн] вместо чн по старым московским нормам во многих ситуациях приобрело просторечную сниженную стилистическую окраску, а для ряда слов характеризует диалектную речь. Следует отметить, что в словах нового происхождения, в особенности в словах, появившихся в Советскую эпоху, произносится только [ч’н]: маскирово[ч’н]ый халат, библиоте[ч’н]ый, посадо[ч’н]ая полоса и т. д. Это говорит о реликтовом, оста-точном характере старой нормы, о ее отмирании в литературном языке.

В современном русском литературном языке на месте орфографического чн произносится [шн], [шн'] в словах коне[шн]о, ску[шн]о, яи[шн']ица, пустя[шн]ый, скворе[шн]ик, праче[шн]ая, горчи[шн']ик, горяче[шн]ый, а также в женских отчествах на –ична: Никити[шн]а, Кузьми-ни[шн]а, Ильини[шн]а и др.

В ряде случаев произношение [шн] существует наряду с [ч'н], [ч'н'], например: сливочное, молочный, копеечный, шапочный и т. д. Нередко слышится [шн] в таких бытовых словах, как двое[шн']ик, трое[шн']ик, в устаревших словах, обозначающих ушедшие из жизни понятия: соба[шн']ик, лаво[шн']ик.

Важна семантическая связь с производящим. Иногда неодинаково произносятся различные производные слова от одного и того же непроизводного, например, при возможности произношения прилагательного молочный с [шн] и [ч'н], существительное молочница про-износится предпочтительно и чаще с [шн]: моло[шн']ица. Напротив, книжное слово молочность (способность давать то или иное количество молока) произносится только с [ч'н]: моло[ч'н]ость. Бывают такие случаи, когда одно и то же слово в разных сочетаниях может произноситься неодинаково. Так, например, в сочетании молочная каша возможно произношение [шн], в сочетании же молочная железа, носящем не бытовой, а научных характер, произносится только [ч'н]. Обязательно произношение [шн] в слове кала[шн]ый в выражении с суконным рылом в калачный ряд и в слове шапо[шн]ый в выражении шапочное знакомство.

Следует иметь в виду, что произношение с сочетание [шн] идет резко на убыль и сейчас сохранилось как обязательное лишь в немногих словах. Поэтому в тех случаях, когда допустимо произношение как [шн], так и [ч'н], последнее нельзя считать неправильным, и его не следует заменять на сочетание [шн].

В заключение описания этого явления можно заметить, что [шн] на месте чн не произносится в словах, которые в предыдущем слоге имеют согласный [ш]: пуше[ч'н]ый, игруше[ч'н]ый, кроше[ч'н]ый, подмыше[ч'н]ый. В прошлом произношение [шн] в этих и подобных словах было возможно.

Таким образом, в произношении орфографического чн в современном русском языке существуют значительные колебания: в ряде случаев произносят и [шн] и [ч'н]. На почве этого возникает стилистическая дифференциация. Произношение с [шн] (кроме слов, в которых [шн] обязательно или допустимо наряду с [ч'н]), свойственное разговорному стилю, постепенно становится признаком выходящего за пределы литературного языка просторечного, сниженного стиля: таба[шн]ый, шуто[шн]ый, цвето[шн']ик, убыто[шн]ый и т. д. В отдельных случаях, кроме этого, возникает также дифференциация смысловая, например, сердечный – серде[ч'н]ая болезнь и друг серде[шн]ый.

В настоящее время вопрос о произношении на месте орфографического сочетания чн звуков [шн] или [ч'н] решается в словарном порядке.По старомосковским нормам орфографическое сочетание чн произносили как [шн]. В настоящее время [шн] сохраняется в словах: конечно, скучно, яичница, нарочно, скворечник, пустячный и в женских отчествах на -ична: Фоминична, Кузьминична.

По «старшей» норме сочетание чт произносилось как [шт] в слове что и словах, производных от него: ничто, кое-что и т.д.

В настоящее время это правило сохраняется для всех указанных слов, кроме нечто [чт]. Во всех других словах орфографическое чт произносится всегда как [чт]: почта, мечта.

8) Сочетание жд в слове дождь и производных от него произносилось по «старшей» норме как [ж’ж’] (на конце слова — [ш’ш’]). Современное произношение [жд’] ( на конце слова — [шт’]) оценивается как вариант литературной норма.

9) По «старшей» норме орфографические сочетания зж и жж (дрожжи, позже) поизносились как [ж’ж’] — долгий и мягкий шипящий. В настоящее время на месте зж и жж произносится твердый шипящий [жж]. И это произношение оценивается как вариант литературной нормы

В большинстве случаев необходимо обращаться к «Орфоэпическому словарю русского языка» под ред. Р.И.Аванесова, в котором дается произношение слова.

Произношение заимствованных слов.

В русском литературном языке, как и во всяком литературном языке с длительной историей имеется немалое количество слов иноязычного происхождения, нередко неточно называемых «иностранными словами». Заимствованное слово редко усваивалось русским языком в том виде, в каком оно бытовало в языке-источнике. Различия в произношение между русским языком и иностранными вели к тому, что чужое слово изменялось, приспосабливалось к русским фонетическим нормам, в нем исчезали несвойственные русскому языку звуки. Сейчас значительная часть таких слов по своему произношению ничем не отличается от слов исконно русских. Но некоторые из них – слова из разных областей техники, науки, культуры, политики и в особенности иноязычные собственные имена, – выделяются среди других слов русского литературного языка своим произношением, нарушая правила. Далее описаны некоторые особенности произношения слов иноязычного происхождения.

Сочетания [дж], [дз]

В словах иноязычного происхождения не редко представлено сочетание [дж], соответствующее фонеме [ž] других языков, представляющей собой аффрикату [z], но произносимую с голосом. В русском же языке сочетание дж произносится так же, как то же сочетание в исконно русских словах, а именно как [žж]: [žж]ем, [žж]емпер, [žж]игит, [žж]ентельмен.

В единичных случаях встречается сочетание [дз], соответствующее звуку [z]. Этот звук представляет собой озвонченное [ц]. Как и дж, сочетание дз в русском языке произносится так же, как соответствующее сочетание в исконно русских словах, а именно как [zз]: муэ[zз]инь.

Звук [h]

В отдельных словах иноязычного происхождения на месте буквы г произносится придыхательный звук [h], например, [h]абитус или бюстгальтер, в котором возможно произношение [h] наряду с [г]. С этим звуком могут произноситься некоторые из иностранных собственных именах, например, Гейне: [haįнэ].

Звук [о] в безударных слогах

Лишь в немногих заимствованных словах в 1-м предударном слоге сохраняется [о], и то несколько ослабленное: б[о]а, д[о]сье, б[о]рдо. Сохраняется [о] и в некоторых сложных словах, например, в слове компартия.

Во 2-м предударном слоге при отсутствии редукции гласных возможно произношение [о] в таких словах как к[о]нс[о]ме, м[о]дерат[о], б[о]леро.

Невелико количество слов, в которых на месте буквы о произносится гласный [о] в заударных слогах после согласных и гласных: вет[о], авид[о], кред[о], ради[о], кака[о], ха[о]с.

Безударный гласный нередко сохраняется в иноязычных собственных именах: Б[о]длер, З[о]ля, В[о]льтер, Д[о]лорес, Р[о]ден.

Произношение безударного [о] имеет стилистическое значение. При объявлении об исполнении произведения композитора уместнее произнести Ш[о]пен, а в повседневной речи можно и Ш[ ]пен.

Согласные перед е

В иноязычных нерусифицировавшихся словах согласные перед е не смягчаются, как в исконно русских. Это относится прежде всего к зубным согласным (кроме л) – т, д, с, з, н, р.

Твердый [т] произносится в таких словах, как атеизм, ателье, стенд, эстетика. Сохраняется твердый [т] и в иноязычной приставке интер-: ин[тэ]рью; а также в ряде географических названий и других собственных именах: Амс[тэ]рдам, Дан[тэ].

Звук [д] не смягчается в словах кодекс, модель, модерн и др., а также в таких географических названиях как Дели, Родезия и фамилиях Декарт, Мендельсон.

Звуки [з] и [с] произносятся твердо лишь в немногих словах: [сэ]нтенция, мор[зэ]. Также твердые [з] и [с] встречаются в именах и фамилиях, таких, как Жозеф, Сенека.

Звук [н] так же остается твердым в именах и фамилиях (Ре[нэ], [нэ]льсон). Большинство слов произносится с твердым [н], но появляются случаи, когда [н] перед е смягчается: неолит, неологизм.

Но в большинстве слов иноязычного происхождения согласные пред е смягчаются в соответствии с нормами русского литературного произношения, поэтому совершенно недопустимо такое произношение, как про[фэ]ссор, аг[рэ]ссор, [бэрэ и т.д.

Особенности ударения

Русское ударение — самая сложная область русского языка для усвоения. Оно отличается наличием большого количества произносительных вариантов: петля и петля, творог и творог, звонит и звонит, начала и начала, средства и средства. Русское ударение характеризуется разноместностью и подвижностью. Разноместность — это способность ударения падать на любой слог русского слов: на первый — иконопись, на второй — эксперт, на третий — жалюзи, на четвертый — апартаменты. Во многих языках мира ударения прикреплено к определенному слогу. Подвижность — это свойство ударения перемещаться с одного слога на другой при изменении (склонении или спряжении) одного и того же слова: вода — воду, хожу — ходишь. Большая часть слов русского языка (около 96%) имеет подвижное ударение.

Разноместность и подвижность, историческая изменчивость произносительных норм приводят к появлению у одного слова акцентных вариантов. Иногда один из вариантов санкционируется словарями как соответствующий норме, а другой — как неправильный. Ср.: магазин, — неправильно; магазин — правильно. В других случаях варианты даются в словарях как равноправные: искристый и искристый.

Причины появления акцентных вариантов:

Закон аналогии — большая группа слов с определенным типом ударения влияет на меньшую, аналогичную по строению. В слове мышление ударение перешло с корня мышление на суффикс -ени- по аналогии со словами биение, вождение и т.п.

Ложная аналогия. Неправильно произносят слова газопровод, мусоропровод по ложной аналогии со словом провод с ударением на предпоследнем слоге: газопровод, мусоропровод.

Тенденция грамматикализации ударения. Развитие способности ударения дифференцировать формы слов.

Например, с помощью ударения разграничивают формы изъявительного и повелительного наклонения: приструните, принудите, пригубите и приструните, принудите, пригубите.

Смешение моделей ударения. Эта причина действует чаще в заимствованных словах, но может проявиться и в русских.

Например, у существительных на -ия выделяют две модели ударения: драматургия (греческую) и астрономия (латинскую). В соответствии с этими моделями следует произносить: ассиметрия, индустрия, металлургия, терапия и ветеринария, гастрономия, кулинария, логопедия, наркомания. Однако в живой речи происходит смешение моделей, вследствие чего появляются варианты: кулинария и кулинария, логопедия и логопедия, наркомания и наркомания.

Действие тенденции к ритмическому равновесию.

Эта тенденция проявляется только в четырех- пятисложных словах. Если междуударный интервал (расстояние между ударениями в соседних словах) оказывается больше критического (критический интервал равен четырем безударным слогам подряд), но ударение перемещается на предыдущий слог. Так, неудобно произносить ’бинарные уравнения’, так как между ударными слогами пять безударных. Удобнее произносить ’бинарные уравнения’.

Акцентное взаимодействие словообразовательных типов.

Варианты в случаях запасный — запасной, переводный — переводной, взводный — взводной, нажимный — нажимной, приливный — приливной, отводный — отводной объясняются акцентным взаимодействием отыменных и отглагольных образований: переводный — от перевод, переводной — от переводить и т.п.

Профессиональное произношение: и`скра (у электриков), до`быча (у шахтеров), компа`с, кре`йсера (у моряков), ма`льчиковый (у продавцов), агони`я, прику`с, а`лкоголь, шпри`цы (у медиков), про`йма, ли`сточки (у портных), хара`ктерный (у актеров) и т.п.

Тенденции в развитии ударения.

У двухсложных и трехсложных имен существительных мужского рода наблюдается тенденция к переносу ударения с последнего слога на предшествующий (регрессивное ударение). У одних существительных этот процесс закончился. Когда-то произносили: токарь, конкурс, насморк, призрак, деспот, символ, воздух, жемчуг, эпиграф. В других словах процесс перехода ударения продолжается до сих пор и проявляется в наличии вариантов: квартал (неправ. квартал), творог и доп. творог, договор и доп. договор, диспансер (неправ. диспансер), каталог (не рекомендуется каталог), некролог не рекомендуется (некролог) (приведены оценки ’Орфоэпического словаря’ по ред. Р. И. Аванесова [ ]). У существительных женского рода также двух- и трехсложных наблюдается перемещение ударения с первого слова на последующий (прогрессивное ударение): кирза — кирза, кета — кета, фольга — фольга, фреза — фреза.

Источником появления вариантов могут служить ударения в разных по смыслу словах: языковой — языковый, развитый — развитой, хаос — хаос, лоскут — лоскут.

Недостаточная освоенность экзотической лексики: пимы или пимы (обувь), унты или унты (обувь), шаньга или шаньга (в Сибири так называют ватрушку).

Таким образом, нормы современного русского литературного произношения представляют собой сложное явление. Основные орфоэпические правила русского языка для удобства пользователя можно разделить на те, которые определяют произношение гласных звуков (в разных позициях в слове, а также при определении места ударения) и произношение согласных звуков (также в разных позициях в слове, в сочетаниях согласных, в сочетаниях с некоторыми гласными звуками, в разных грамматических формах).

Заключение

Мы рассмотрели основные особенности орфоэпической нормы, и, опираясь на изложенный выше материал, приходим к выводу, что владение нормами литературного языка в его устной и письменной форме является предпосылкой успешной профессиональной деятельности. Знание орфоэпических и орфографических норм позволяет избегать двусмысленностей, нелепостей, даёт возможность изъясняться точно, ясно выражать свои мысли. Умение говорить по-русски правильно необходимо всем, и особенно будущим деловым людям. А периодическая корректировка норм закономерна и вполне естественна, так как отвечает потребностям развивающегося языка и практики его освещения.

Литературный язык, которым мы пользуемся, – драгоценнейшее наследие, полученное нами от предшествующих поколений. Необходимо помнить, что культуру литературного произношения необходимо сознательно прививать и развивать. Сама она без специальных усилий никому не дается.

Список литературы

Аванесов Р.И. Русское литературное произношение. М., 1984.

Боянус С. К., Постановка английского произношения. Английская фонетика для русских, М., 1932;

Валгина Н.С., Розенталь Д.Э., Фомина М.И. Современный русский язык: Учебник для вузов. М.: Логос, 2001.

Голуб И.Б., Розенталь Д.Э. Секреты хорошей речи. – М.: Междунар. Отношения, 1993.

Гольцова Н. Г., Шамшин И. В. Русский язык. 10-11 классы: учебник для общеобразовательных школ. — М.: ООО «Тид «Русское слово», 2005.

Горбачевич К.С. Нормы современного русского литературного языка. М., 1981. С.11-131.

Горбачевич К.С. Словарь трудностей произношения и ударения в современном русском языке. С-Петербург, 2002.

Касаткин Л.Л., Клобуков Е.В., Лекант П.А. Краткий справочник по современному русскому языку. М., 1991.

Касаткин Л.Л., Крысин Л.П. и др. Русский язык. Ч.1. М., 1989. С.237 –246.

Колесов В. В. Развитие словесного ударения в современном русском произношении.— В кн.: Развитие русского языка после Великой Октябрьской социалистической революции. Л., 1997.

Круглый стол: языковая норма и проблемы её кодификации/ «Мир русского слова», 2002.

Обнорский С. П. Избранные работы по русскому языку.— М., 1990.

Ожегов С. И. Лексикология. Лексикография. Культура речи. — М., 1974.

Орфоэпический словарь русского языка: Произношение, ударение, грамматические формы. / С.Н. Борунова, В.Л. Воронцова, Н.А. Еськова. Под ред. Р.И.Аванесова. 5-е испр. и доп. изд. М.: Русский язык, 1989.

Орфоэпический словарь русского языка: Произношение, ударение, грамматические формы. М.,1985.

Панов М.В. Русская фонетика. М., 1967. С.294 – 350.

Попов Р.Н., Валькова Д.П. и др. Современный русский язык. М., 1978.

Современный русский язык: Учебник: Фонетика. Лексикология. Словообразование. Морфология. Синтаксис. — /Под ред. Л.А.Новикова. – СПб.: Изд-во «Лань», 2001.

Суперанская А. В. Ударение в заимствованных словах в совре­менном русском языке.—М., 1968.

Ушаков Д. Н., Русская орфоэпия и её задачи, сб. «Русская речь», III, Л., 1928. Об О. важнейших европейских языков;

Чернышев В., О русской Орфоэпии: Законы и правила русского произношения, СПБ, 1915.




Предыдущий:

Следующий: